Весеннее: «Облапай меня… Ну, пожалуйста!»

Spread the love

Кажется, в России тоже стартовала всемирная акция сопротивления домогательствам #MeToo. Только я сомневаюсь, что из этого хоть что-то получится.

У наших людей сложилась совсем другая культура отношения к телу.
В силу тяжелого демографического положения последних 100 лет, когда половозрелых мужчин стабильно не хватало, а порой дисбаланс был и вовсе катастрофическим, женщины жили десятилетиями в условиях недостатка мужского внимания. Девять ребят на 10 девчонок — расклад для последних 100 лет даже слишком заманчивый. На самом деле на десять благополучных женщин фертильного возраста у нас приходится хорошо если пять достойных мужчин. То есть в меру пьющих, в меру здоровых, хотя бы чуть-чуть ухоженных и обязательно живых, потому что начиная с 30 лет потенциальных партнеров выкашивают алкоголизм, наркотики, ДТП и опасная работа. Прибавьте к этому несколько войн…

Начиная с революции, наши женщины живут в непрерывной тоске по мужскому взгляду и ласке. Зачем они носят на работу боевые раскрасы, накладные ресницы, леопардовые юбки и «лабутены»? Не только для поиска партнера, но и для привлечения внимания.

В России приставания, грязные шутки, хватание за задницу — ценность. В больших городах, в приличных социальных кругах потребность в мужском внимании у женщин не так остра, потому что товарного вида и состояния мужчины все же присутствуют, а вот в глубокой провинции, в депрессивных городах, в деревнях их очень мало. Там огромная конкуренция не просто за замужество или «своего» мужика, но и даже за мужской взгляд. Множеству женщин в России хочется хотя бы почувствовать себя привлекательной. И, конечно, сексуальной. Что очень сложно, потому что и мужчин, чье внимание было бы приятным, мало, и женщин, которые после 30 не превратились в бесформенных клуш, тоже немного. А любви хочется всем…

Любой мужчина, руководивший в России женским или смешанным коллективом, знает, что у нас легче управлять женщинами, если начальник проявляет к ним сексуальный интерес.

В офисе, где у мужчины в подчинении много женщин, должна стоять атмосфера легкого флирта и вседозволенности. Если начальник подчеркнуто асексуален с подчиненными дамами, настроения в коллективе нет.

Так происходит везде, от топ-сегмента госкорпораций до продуктовых магазинов. Чтобы женщина старалась, нужно ненавязчиво, всего лишь пунктиром, но постоянно показывать ей, что она возбуждает босса и что когда-нибудь он перейдет к решительным действиям. Это настолько повсеместное правило, что говорить об исключениях неприлично — они совсем несущественны.
Повсеместное — значит, оно действует во всех городах, во всех поколениях и социальных стратах. Думаете, только поварихи из поселковых школ смеются над русским вариантом #MeToo? Я недавно летела с прогрессивного и сытого вида русскими женщинами в Берлин — они тоже от души хохотали над этой историей. «Да спасибо надо сказать, что депутат потрогал!» — да, прямо так и говорят. И потом едут в центр Берлина ужинать.

У нас пристают везде и ко всем. И все считают это нормой. Сейчас хотя бы перестали хватать за мягкие места на улице, а в 1990-2000-е заигрывающее похлопывание по попе на улице было явлением обыденным. Особенно этим злоупотребляли кавказцы. Они походя хватали тебя за зад, ты вскрикивала, отскакивала, озиралась по сторонам в поисках поддержки, а вокруг все смеялись, даже если тебе 15 лет и ты искренне напугана. Потому что в России это нормально.

За годы журналистской работы я тоже много чего видела. Приходишь на интервью с руководителем регионального отделения крупнейшего банка по указанному адресу, а это частный дом и для тебя накрыли ужин. Или звонят в редакцию, приглашают на разговор по делу, а при встрече говорят: «Да нет, просто хотел с вами познакомиться».

Профессия журналиста в плане секс-домогательств куда более рискованная, чем многие прочие, потому что она предполагает общение с людьми высокого социального положения. Либо с людьми известными. А известность и власть в нашей стране делают человека развязным, так как все привыкли, что к сильным, знаменитым, да еще богатым женщины сами прыгают в постель. Кроме того, играет роль фактор безнаказанности — чем выше человек в России, тем у него больше шансов уйти от суда. Но главное все же — в уверенности, что любая женщина хочет внимания известного или влиятельного мужчины. Хоть какого внимания. Все эти депутаты, чиновники, банкиры, бизнесмены и известные актеры искренне в это верят. Понимаете? Они на самом деле верят, что «простые смертные» считают за честь переспать с ними. Как в крепостной Руси, когда девку тащили к помещику, бабы приговаривали: «Дура ты, сам барин зовет!» И, увы, очень много женщин действительно хотя оказаться под рукой у таких вот бар. И не только самые отсталые из них. Недавно я призналась в фейсбуке, что ко мне шесть лет назад приставал известный политик. Более того — оппозиционер. Его имя не буду упоминать, так как человек уже погиб. Что же вы думаете?

Множество образованных женщин, которые живут в столицах, отдыхают в Европе и поддерживают либеральную повестку, на полном серьезе написали мне, что на него не стоило обижаться, что он был очень обаятельным, сексуальным и что нужно радоваться, если он оценил тебя и пощупал за зад. Повторяю — женщины пишут об этом без каких-либо шуток. Они действительно считают благом быть облапанной известным мужчиной.

А что рассказала недавно Ирина Хакамада? «И ничего страшного. Шел мимо — раз! — прихватил слегка и подмигнул: ты „своя“, круто я выступил? И что я должна — на Бориса Николаевича?» — говорит политик. И добавляет: «Я Бориса Николаевича, наоборот, обожала за его естественность».

Так что пока даже наиболее современные люди так себя в России ведут, ни дело Слуцкого, ни другие подобные не породят у нас большого движения. Эти скандалы, скорее, приведут к неожиданным последствиям. Уже приводят, потому что с приставания к женщинам внимание публики приключилось на… гомосексуальные оскорбления. Журналист Ренат Давлетгильдеев, например, рассказал, как его якобы пытались увезти в сауну к Владимира Жириновскому. Еще несколько мужчин написали в фейсбуке о том, что сталкивались с сексуальными домогательствами в аппарате ЛДПР, самых высоких кругах власти и среди топ-менеджеров госкорпораций. И эти признания произвели безумный эффект — новость моментально вышла в топ Яндекса и держалась там даже ночью. А приставания к женщинам никого не интересуют.

Журналисты могут хоть костьми лечь у порога Госдумы — население их не поддержит. Потому что для большинства наших женщин, которые, повторяю, к 30 уже часто напрочь теряют привлекательный вид, приставание, да еще такого уважаемого человека, — это ценность.

Недаром у нас так активно подхватили в «Одноклассниках» письмо французских деятелей культуры за подписью Катрин Денев, в котором то ли в шутку, то ли всерьез отстаивают право мужчин на сальные шуточки и ужимки….

 

(с)Рамблер