• dogstars@annales.ru

Начало «контрнаступа», окружённый «Вагнер» и всёпропало.

Если честно, являюсь (наверное) единственным блогером, пишущим на военную тематику СВО, у которого нет ни единого источника в Министерстве Обороны РФ, структурах НАТО, Пентагоне и Генштабе ВСУ. Коллеги по цеху ими обладают, по всей видимости, раз устроили безобразную истерику четверга-пятницы о начавшемся Великом Контрнаступе, уже сокрушившем под Артёмовском ЧВК «Вагнер». В течении нескольких часов, ага. Хотя, впечатлительную публику понимаю, если сложить несколько сообщений авторитетных источников.

Первый из которых (но лично считаю его неофициальным и крайне сомнительным) выступил дирижёр Оркестра – Евгений Пригожин:

«Контрнаступление идёт полным ходом. На Артёмовском направлении подразделения ВСУ заходят во фланги и, к сожалению, в части мест это успешно у них получается. Мы дальше идём в Артёмовске для того, чтобы его захлопнуть. Мы идём, захлопываем их, они захлопывают нас. Для ВСУ важно сейчас проломить Артёмовское направление. Следующими направлениями будут Брянская и Белгородская области с выходом на территорию РФ, и Запорожье»

Другим источником всеобщей паники стали несколько военкоров, не буду перечислять всех, статьи не хватит. По их данным, оставили свои позиции на флангах «музыкантов» или были выбиты с большими для обороняющихся потерями: 9-й мотострелковый полк ВС РФ (открыл дорогу ВСУ на Бахмут со стороны Часова Яра), 4-я отдельная мотострелковая бригада (ранее состояла в Народной Милиции ЛНР) тоже распахнула четырёхкилометровое «окно» неподалёку от Ивановского. А другие подразделения 4-й отдельной мотострелковой и 374-й омсбр отступили на северо-западе от Клещеевки, неизвестно кто сбежал из-под Богдановки.

Что тут началось, хоть святых выноси. Немедленно посыпались сообщения «из первых рук», как героические парни-луганчане погибали десятками без противотанковых средств, оказались с одними автоматами (хорошо хоть – не с сапёрными лопатками) против танков и БМП противника. Все вопли сопровождались матерными интерпретациями фразы «доколе», «кто ответит» и так далее. Самое любопытное, чем глубже в тылу сидел блогер – тем выше поднимался градус истерики. На деле никто никуда не бежал.

Обстановка

Примерно такая: начались подготовительные (демонстрационные) мероприятия по окружению наших сил на Артёмовском направлении, разведка боем. Как и у Гуляй-Поля, под Угледаром, в десятках других мест. Как неделю назад, полторы, две На военном языке происходящее называется «занятием выгодных рубежей атаки», на человеческий – заход в «серые зоны» и попытка там закрепиться, проверить реакцию противника и его огневые возможности, скорость принятия решений.

(иллюстрация из открытых источников)

Для наступления (простите) придётся пережить мощные ракетные и артиллерийские удары, попытки применить авиацию, засыпать тылы нашей группировки высокоточными боеприпасами в попытке поразить штабы, склады, места расположений. Не в одном месте, кстати.

Началось или нет контрнаступление? Как хотите, так и считайте, лично отойду в сторонку, буду следить не за истеричками мужеского полу в Telegram, а за сводками Минобороны. Об интенсивности артиллерийских обстрелов, их направлениях, попытках прорыва и численности атакующих подразделений. Только так, а не рвать природный волос в неприличных местах по поводу прилетевшей единичной ракеты, оставленной лесопосадки в «серой зоне» или отката из занятого накануне взводного «опорника». И при всём уважении к Евгению Викторовичу его эмоциональности в такие моменты нужно доверять меньше всего.

Всем больно из-за событий прошлой осени? Понимаю, сам досадовал. Только будем чуточку объективными – в сентябре 2022-го в Харьковской области не было войск. Совсем. Никаких. Несколько непозволительно широко растянутых батальонно-тактических групп ротного состава, немного ополченцев ЛНР, росгвардейцы и военная полиция. На фронт протяжённостью полтораста вёрст. Не буду тему развивать, насколько ситуация сегодня другая, какова насыщенность боевых порядков личным составом и техникой, средствами поражения и разведки всех видов. И не считайте генералов клиническими тупицами, неспособными отличить демонстрационные действия от настоящего наступления.

Факты. Никакого «контрнаступа» пока нет, везде ситуация полностью контролируется. Привидевшиеся «экспертам» колонны техники в Харьковской области (о, ужас, Белгород в опасности!) сновали там и месяц назад, и две недели назад и неделю до. Место, знаете ли, такое, прифронтовое, там положено перемещаться боевой технике, таскать пушки и маневрировать резервами. А когда наши блогеры лезут в украинские паблики и таскают оттуда чепуху пополам с фейками с глубокомысленными выводами «а-ля Клаузевиц» – самое время вводить военную цензуру. А самых буйных и далёких от фронта отправлять в принудительный отпуск, перегорели. Либо на карман копну молотят.

Куда рекомендую смотреть тогда? В сводки Минобороны. Артёмовск/Бахмут под ударом? Под каким, можно поинтересоваться? Никто не опровергает информацию, что атаки ВСУ ведутся методично по направлениям: северо-запад в районе Богдановки, юго-запад в районе Клещеевки, боестолкновения и обстрелы – в районе Берховки и Ягодного. Главный вопрос: о каких силах идёт речь? Всегда и везде мы имеем дело с очень ограниченными по численности группами не более взвода пехоты при поддержке двух-трёх танков, стольких же БПМ, при плотной поддержке арты. Но их много и они везде.

(иллюстрация из открытых источников)

Классическая разведывательная бронегруппа, чья задача – нащупать стыки подразделений, слабое место в обороне и постараться вклиниться. Если не выкосили артиллерийским огнём или не отбросили встречной атакой – закрепиться и вызывать подкрепления. Они не сразу приходят и не в виде танковой армии, а мобильными группами на пикапах, броневичках, диверсионно-разведывательными группами с роем беспилотников. Дабы понять архитектуру и глубину обороны. Лишь на третьи сутки, когда резервы противника скованы такими же ударами по многим направлениям, вводятся в бой авангарды наступления и лишь следом – механизированные и танковые части прорыва.

Киеву нужно не абы какое наступление, а полноценная войсковая наступательная операция. Проводимая в три-два этапа, в зависимости от поставленных задач, оперативного характера или ряда оперативно-тактических. Но на каждую итерацию вынь да положи в среднем десять суток плюс-минус двое. Как сообщал выше: три дня на выявление слабостей и уязвимостей обороны, столько же на поражение выявленных узлов, сил и средств обороняющихся, если удалось выявить «вкусное местечко», сулящее удачу. На пятый день в бой вступают «лёгкие авангарды» мобильной пехоты и расширяют участок прорыва, дезорганизуют тылы, сковывают опорные пункты беспокоящим огнём, проводят доразведку огневых возможностей врага.

Так проходит неделя, если всё развивается по графику – на поле боя появляются самые весомые аргументы, бьющие в одну-две точки ударные «тяжелые бригады», уже нацеленные в глубину обороны, а легкие и мобильные силы расходятся по флангам, обеспечивая общую устойчивость наступающего кулака. Если удалось продвинуться на глубину до 50-70 км, двое суток отводится на перегруппировки, уточнение дальнейших планов, приведение наступающих частей в порядок, регламентные работы по обслуживанию или ремонту боевой техники, подтягивание тылов и маршевых резервов для закрепления на отвоёванных рубежах.

Только после этого, пополнившись и заново вооружившись, наносится несколько ударов (обычно расходящихся или на охват) для удержания инициативы и выполнение конечных целей наступления: окружение, занятие важного города, перехват логистического коридора. Параллельно в тылу наступающих идёт напряжённая инженерная работа по созданию линий обороны на случай контрударов, с второстепенных участков фронта снимаются части, втекая в прорыв и выполняя атакующие или блокирующие функции. Это ещё неделя, обычно больше.

(иллюстрация из открытых источников)

По всем нормативам и современным возможностям обеспечения, к исходу третей недели наступательный порыв сходит на нет: выбита техника (или исчерпала свой ресурс), большие потери в людях, иссякают ГСМ и боеприпасы, растянувшаяся линия фронта требует укрепления. Все ударные части выводятся на пополнение и переформирование, дабы не допустить физического и морального истощения, двадцать дней боёв слишком большой срок даже для закалённых ветеранов.

То есть, критическим является исход первой недели, когда командование должно принять принципиальные решения, вводить в наметившийся прорыв основные силы или нет. Так было под Херсоном в августе прошлого года, так было под Балаклеей и Купянском в сентябре. В первом случае, после уничтожения нами всех авангардов и первой волны «тяжёлых бригад» – наступление остановили. Зато на участке вспомогательного удара в Харьковской области не оказалось наших войск, Генштаб ВСУ это понял к исходу четвёртых суток «прощупывания» обороны и сумел безнаказанно перебросить все имевшиеся резервы сразу с трёх оперативных направлений и даже с запада Украины.

Теперь дыр в нашей обороне не зияет, она эшелонирована, насыщена личным составом и средствами поражения, есть немалые резервы в глубине, «харьковский трюк» невозможен в принципе. Как тогда провести успешную войсковую наступательную операцию? Ровно так, как она развивается сегодня, точнее – уже неделю. По всей линии боевого соприкосновения идёт разведка боем, ударные группировки таятся в тылу и ждут успехов своих передовых частей. Только наступление придётся при существующем соотношении сил и средств вестись не совсем по военной науке. Точнее по науке, но неудачной. Последнего этапа второй мировой войны, без предварительной артиллерийской подготовки.

Трижды такой трюк продемонстрировали гитлеровцы: в Восточной Померании (стараясь срезать прорыв Белорусских Фронтов Жукова и Рокоссовского к Одеру), возле озера Балатон и (наиболее успешно) – в Арденнах против союзников. Везде была достигнута тактическая внезапность, ударные соединения быстро прибывали в районы развёртывания и немедля устремлялись в бой буквально с колёс. Против Советской Армии трюк не удался, эсэсманы понесли страшные потери от такого ныряния в омут, а вот рыхлую оборону американцев удалось пробить, но успешное на первых двух этапах наступление захлебнулось из-за нехватки ГСМ и наступившей лётной погоды.

(иллюстрация из открытых источников)Так вот, погода в ближайшую неделю на Донбассе будет отличной, «миллион на миллион», пусть пробуют приблизиться к линии соприкосновения ударными частями с тяжёлой бронетехникой и без поддержки с воздуха. Броситься без предварительной подготовки можно, только цена таким трюкам будет запредельно высокой. Но легко не будет всем, с той стороны потери не считают, так что «Успокоином» Читателя пичкать не намерен. Могут быть и «перегруппировки» и отступления тактического характера, на оперативные успехи ВСУ не рассчитываю.

Выводы

Противник действительно вклинился во фланги «вагнерам», кое-где отодвинул наши подразделения на три километра. Опасно? В пределах допустимого риска. Если уж с дивана такое видно, то при нынешней насыщенности боевых порядков в штабах тоже разумеют обстановку, и поболе нашего. Ждём еще 48 часов и только тогда станет понятно, что перед нами: «белый шум» демонстрации или начало крупномасштабной операции по окружению Бахмута. С полностью понятными направлениями главных ударов, на которые и стоит реагировать во всю силу.

Не буду устраивать шоу с топографическими картами и рисовать стрелки, объяснять перепады высот и чертить водоразделы всего участка фронта, не суть. «Вагнер» действительно оказывается в невыгодном положении, если ВСУ закрепятся на западе, там господствующие над городом высоты, весь город – как на ладони. А под ним собрано свыше сотни батальонов ВСУ разной комплектности, сражение может завязаться нешуточное, если прибудут ударные бригады. Если уж снарядов «музыкантам» не дали в нужном количестве, то генерала Суровикина должно быть достаточно. Чтобы организовать такую воздушную карусель над Бахмутом, чертям бы затошнилось в преисподней.

А там решать: выводить Оркестр из простреливаемого города на более удобный рубеж, либо его брать и вырываться на оперативный простор, сил и средств для выполнения обеих задач достаточно, нужно лишь волевое военно-политическое решение. Первый сценарий (отход) чреват политическими издержками и вполне может обернуться немалыми потерями. Второй требует железной дисциплины и категорического запрета «мальчикам» меряться ну понятно чем. Как сказал в самый разгар позавчерашней истерики командир «Ахмата» Апты Алаудинов:

«Ничего сверхъестественного не сможет сделать противник теми силами и средствами, которые у него накоплены на данный момент. Никаким образом это не поменяет ни историю, ни ход, ни итог этой войны»

Деликатный человек, моё почтение, уставший от постоянных информационных тыловых истерик. Против нас проведена классическая операция по дезинформации, очень жаль, что многие «эксперты» на неё купились. Не распознали ту зыбкую грань между правдивыми и ложными сообщениями, когда каждый фейк был правдой процентов на восемьдесят, но как говорится – во всём был нюанс. Тщательно подготовленный врагом.

Напряжение, тревожность, взвинченное состояние и ожидание «контрнаступа» сыграли злую шутку со всеми, а когда в такой атмосфере начинаются новые «разборки» Евгения Пригожина с МинОбороны уж и не знаю, что сказать. Только мрачно сплюнуть остаётся, да посчитать, насколько такое поведение вредит общему делу победы. Напомнить воинскую аксиому: неважно, где противник ударит и какими силами – нужно просто быть готовым. От окопа и до кресла в Генштабе. Молча и сосредоточившись – делать что положено, а там будь что будет.

Views: 34

Rating: 5.00/5. From 1 vote.
Please wait...
Поделиться в соцсетях

Добавить комментарий

Translate »